Shahovskaya org общение без цензуры знакомства

serdutyscount.tk общение без цензуры знакомства

можно обойтись и без ритуалов, но ритуалам без верований — никогда. Ритуал ближе к .. serdutyscount.tk . 28 . прежнего «общения»: «разочарованные юноши со стеклышками», « либе- ральные Шаховской А. А. Москва и Париж в и годах. СПб . Без такого рассказа, без своей истории, «Виши» не имеет места в памяти Франции. .. В условиях цензуры, когда власть периодически пытается восстановить Худощавый, мягкий в общении человек, тщательно подбирающий слова, . Первое знакомство с подобными исследованиями показывает, что. может привести и без него к аналогичным формальным элементам. к с а к о в. Мое знакомство с Державиным. .. перенимали и перенимаем».1 Тогда же Шаховской в «Рас хищенных стопного ямба, ибо то же везде ставит цензуру на 2 стопе». Общение с Кюхельбекером происходит у Пушкина.

И прозывался он теперь не иначе как, "царственной большой печати и государственных великих посольских дел сберегатель". Планы Матвеева были обширны. Под его руководством российские посольства были отправлены во многие страны Европы. Он заключал мирные договоры с Османской империей, Речью Посполитой и Швецией. С особенной настойчивостью Матвеев отстаивал интересы русских купцов: Он также выбирал иностранные сочинения для перевода на русский язык и курировал их издание.

Да и сам литературными трудами не пренебрегал: К сожалению, труды эти до нас не дошли. Знаком изрядной прозорливости Иоакима стала "крайняя" дружба с полковником Артамоном Сергеевичем Матвеевым, отраженная в сочинениях людей, весьма близких к будущему боярину и канцлеру[18]. В середине х гг. Злые языки поговаривали, что из 7 тысяч порубленных, пострелянных, перетопленных в реке и повязанных москвичей оказалось едва несколько десятков участников восстания — а остальные были зрителями.

Более того, очевидно, что Матвеев выждал, пока "пущие заводчики" уйдут — и ударил боем на мирную толпу. Как бы то ни было, никто другой не пошел на риск, защищая оскорбленного царя, а лишнее кровопролитие издавна служило на Руси знаком безоглядной любви к престолу, своего рода отметкой исключительной благонадежности.

Но, в отличие от многих выскочек, Матвеев был еще и умен. Недаром эти два генетика стали соавторами памятной статьи г. Красота биоразнообразия, сложность путей эволюции и точность законов генетики были подлинной страстью Раисы Львовны.

Здесь она знала и понимала. Эта страсть, мне кажется, была наследственной или врожденной, но, несомненно, и импрессированной в раннем детстве интеллектуальной аурой и окружением ее отца — академика Льва Семеновича Берга, выдающегося зоолога-эволюциониста и географа, автора известной концепции номогенеза.

Новая имперская история Северной Евразии Часть 2

Со студенчества Раиса Львовна прониклась идеями и традициями петербургской школы эволюционной генетики во главе с Ю. Еще до окончания кафедры генетики она начала работать вместе с будущим нобелевским лауреатом Мёллером, который в г. Судьба мутаций в природе стала любимой темой Раисы Львовны. Раиса Львовна перешла в московскую докторантуру к академику И. Таким образом, она приобщилась и к московской эволюционной школе.

К разностороннему тезаурусу Раисы Львовны надо добавить совершенное знание ею трех европейских языков. Есть три восходящие ступени познания — просто знание о чем-либо, понимание того, что знаешь, и, наконец, эмоциональное отношение к постигнутому в рамках целостной гармоничной картины. Творец проникается живым чувством к постигнутой или созданной красоте, как Пигмалион был заворожен Галатеей.

Кандидатская диссертация была защищена Раисой Львовной в г. Текст был тщательно выверен, машинистка допустила всего одну ошибку. Синдром Пигмалиона проявлялся у Раисы Львовны не только по отношению к собственным работам, но и к прозреваемым ею эволюционным следствиям — жемчужинам в работах коллег и других авторов.

Или же были не способны подняться над ними и вознестись к эволюционной семантике. С высоты своего эволюционного видения Раиса Львовна в —х гг.

С тех пор прошло более 40 лет, но и по сию пору эти эссе выглядят свежо и крепко, как будто их не коснулась патина времени. Они амплифицируются ныне в Интернете на многих сайтах. В чем здесь секрет? Раскрытие глубокого эволюционного смысла знакомых всем фактов и явлений сочеталось в статьях Раисы Львовны с изяществом и внутренней свободой повествования. Вот начало одной популярной статьи: Я не знаю, как определить крепость и оригинальность слога, но среди женских авторов в русской прозе рядом с Раисой Львовной можно поставить лишь несколько имен: А в экологической нише научно-художественных эссе Раиса Львовна почти непревзойденна, включая и многочисленную мужскую половину.

Вовсе не легко сходу назвать главное типовое отличие кошки от собаки, по отношению к которому все остальное выступает как функция или производное. Раиса Львовна демонстрирует здесь логику эволюционного подхода, опираясь на корреляционные принципы Кювье. Первопричина — в технологии добычи пищи. Собака преследует жертву, кошка — подстерегающий хищник. Отсюда идут корреляционные плеяды различий в поведении этих зверей — спутников человека.

Далее цитирую Раису Львовну: Собака в той же ситуации поступает. Два-три небрежных движения задними ногами, как будто на пожар спешит. Обернуться собака не дает себе труда. Ритуал совершается формально, можно сказать, бюрократически… Затаиваться, чтобы быть сытой, собаке в ее исконном состоянии не приходилось. Вонь, шум — ей все нипочем. Чистоплотность собаки — весьма относительна.

Поэт, у которого бесенок говорит: Докторская диссертация Раисы Львовны была посвящена становлению корреляционных плеяд у растений. Под этим термином, введенным в биологию зоологом П. Терентьевым, понимают независимые друг от друга группы коррелированных друг с другом признаков.

У насекомоопыляемых растений размер цветка и согласованность его элементов генетически детерминированы и не зависят от условий произрастания растения, степени роста его вегетативных частей, но стандартизованы к размерам и структурам органов насекомого. Здесь биолог встречается со стандартной организацией пространства или с его хорологическим постоянством.

Берг сформулировала важный эволюционный принцип: В случаях корреляционных плеяд происходит контроль одних частей организма или признаков со стороны других частей, каждая особенность подвергается испытанию в ее сочетании со всей организацией вида.

Эволюционный смысл своих исследований Р. Независимость от одних компонентов среды обеспечивает приспособление к другим компонентам среды. В иных случаях от строгости стандарта зависит жизнь или смерть.

Корреляционные плеяды Терентьева я рассматривала в свете стабилизирующего отбора Шмальгаузена. И саму эту теорию я вернула к ее истокам, к принципам гетерономного роста. Шмальгаузен сам не подчеркивает нигде этой связи своих кардинальных идей. Мое дело историка науки вскрыть. Повышение в процессе эволюции степени независимости одних частей организма по отношению к другим частям того же организма! Я разгадала, зачем нужна независимость и как образуется она в процессе отбора наиболее стабильных состояний.

Раиса Львовна показала всеобщность принципа корреляционных плеяд вплоть до сложных форм поведения животных. И даже для человека независимость моральных критериев в разных сферах бытия относится к той же самой области явлений, что и независимость размера цветка от размера растения в целом. Характер отношений в сфере пола, по выстраданному мнению Раисы Львовны, в особенности не подчинен контролю со стороны тех категорических императивов, которые управляют общественным поведением человека.

Выявление корреляционных плеяд проводилось Берг на основании скрупулезного статистического анализа изменчивости частей растения и их согласованности. Но этот, казалось бы, сухой биометрический анализ не только не застилал красоту форм живой природы, в целом, но вызывал еще большую экспрессию чувств. Раиса Львовна обладала редкой поэтической способностью вербального описания чувства красоты.

Ирина Васильевна Голицына (Трубецкая) b. ~ 1647 d. 1679 - Индекс потомака

Чистота красок, оригинальность и идеальная выделка фактуры, феноменальное богатство оттенков, искусная организация цветовых поверхностей — спокойные однотонные большие плоскости и рядом — крап, глазки.

Отмывки чередуются с резкими очертаниями, цветовые контрасты — с нежностью перехода от цвета к цвету. Смелость и разнообразие впечатляющих приемов.

Синдром Пигмалиона по отношению к созданиям природы ярко проявлялся у Раисы Львовны и в ее совершенно уникальной способности щедро и всегласно восхищаться талантами других людей и привлекать их в свой дом, будь это в Ленинграде или в новосибирском Академгородке, на среднем западе США в Сент-Луисе или в маленьком домике на окраине Парижа в последние годы жизни.

Ее квартира всегда становилась салоном интеллектуалов, художников, поэтов, артистов. В Академгородке ее научными и дружескими собеседниками были известные математики и кибернетики, люди яркой индивидуальности — А.

В Москве и Ленинграде — академики А. Малиновский, поэт Александр Галич. Прибегну к метафоре, способной хоть как-то описать стиль жизни и личность Раисы Львовны. Одна — на весь крещеный мир приготовила бы пир, другая — наткала бы полотна, ну а третья — родила бы богатыря. Ее и выбрал царь. Так вот, Раиса Львовна непостижимым образом воплощала собой одновременно все эти три вечных женских ипостаси.

Она испытывала истинное удовольствие от хлебосольного гостеприимства, зная множество гурманских услад, непрерывно творя новые пищевые вариации и радуясь удачным трофо-экспромтам. В отличие от куртуазных великосветских дам французских салонов или описанных у Л. Все закупалось и изготовлялось ею самой, подтверждая ленинскую фантасмагорию о кухарках, управляющих государством. Желание наткать полотна на весь мир — вторая женская ипостась — это метафора соединения разрозненных нитей бытия в целостную ткань.

Цветы — воплощение красоты и гармонии в природе — были страстью Раисы Львовны. И цветы отвечали ей взаимностью, роскошествуя в росте и цветении, как ни у кого другого.

С такой же страстью Раиса Львовна творила на полотнах и листах бумаги эзотерические извивы и кружева. Помню, как в экспедиции в Армению в г. Она яростно ползала на коленях вокруг листа ватмана, погружая одежную щетку в тазик с краской и водя ею по бумаге.

Это был период увлечения Раисы Львовны фигуративным ташизмом. Третья женская ипостась — родить богатыря. Здесь проявлялось необыкновенное влечение Раисы Львовны к талантам во всех их проявлениях, но, прежде всего, в их мужских инкарнациях.

Она была по-женски увлекающаяся. Талантам она прощала многое. Раиса Львовна их не прогоняла. Она любила общество талантливых мужчин, а они любили ее общество. С той же страстью, с которой она расточала похвалы, она направляла стрелы своего сверхъязвительного интеллекта против оппонентов, взгляды которых противостояли ее принципам.

Порой ее богатое воображение преобладало над разумом. Она выстраивала воздушные замки и приписывала попавшему в немилость коллеге фантастические виртуальные прегрешения и злые умыслы. Словно в подтверждение мольбы поэта: Примечателен стиль научной работы и жизненной динамики Раисы Львовны. Приходя на работу в лабораторию часам к 3—4 дня, полюбовавшись, прежде всего, на любимые цветочки, Раиса Львовна садилась за свой рабочий стол и, окруженная ящиками с пробирками дрозофил, словно приклеивалась к столу.

Самозабвенно, час за часом, 8—10 часов подряд, она сидела за бинокуляром, и лишь далеко за полночь вынужденно и с сожалением покидала лабораторию.

Почерк и записи в лабораторном журнале отличались аккуратностью, каллиграфической строгостью и красотой. И еще одна отличительная черта Раисы Львовны — аристократизм ее духа и неприступность духовной территории. Никто не мог заставить ее сказать то, что она не думает, а преступающий ее духовную территорию получал достойный и язвительный отпор. За исключением отважной Зои Софроньевны Никоро, все либо пригнули свои головы, либо несли нужную партийному начальству советскую обвинительную околесицу.

Прошло 25 лет и в году Институт поступил благородно, издав под своей эгидой подготовленный самой Раисой Львовной сборник ее работ по эволюционной генетике. Раиса Львовна Берг, почившая в возрасте х лет в Париже 1 марта г. Голубовский Научно-поэтические очерки о тайных гранях жизни Почему курица не ревнует Если я над чем-нибудь думаю, меня интересует не только сам предмет, но и мнения людей о. А думаю я о жизни и смерти, и почему они есть, и как бы это могло быть иначе, и почему все так, а не иначе, и нельзя ли исправить то, что явно устроено плохо, и не будет ли от этих исправлений какой беды.

Но сейчас меня интересует вот этот самый вопрос — почему курица не ревнует? А один молодой, совсем молодой физик-теоретик сказал: Все это не конструктивные ответы. А вот один раз спрашиваю: Мой собеседник — математик, мы оба — сотрудники одного и того же Сибирского отделения Академии наук СССР, но работаем в разных институтах. Вы чувствуете, у этого математика есть ключ к решению проблем. Он не просто спрашивает… Спрашивая, он мыслит по законам логики. Подтекст его вопросов таков: Назначение это состоит в поддержании своего рода.

Все, что понижало шансы оставить потомство, сгинуло с лица земли вместе с незадачливыми обладателями пагубных свойств. Ревность — это охрана партнера по выращиванию потомства от посягательств. Раз курица не ревнует, значит, ревность не дала бы ей ни малейшего преимущества в выращивании цыплят.

Ревновать некого — партнера. Но почему же именно курица не ревнует, почему именно она не нуждается ни в чьей помощи для выращивания своего потомства? Такого разговора у меня еще ни с кем не. Буду говорить с вами. С курицей все обстоит очень просто — дети ее всеядны, их корм не портативен, его не натаскаешься. Никаких усилий не хватило бы, хоть таскай с утра до ночи вместе с петухом, чтобы выкормить выводок.

Птенцов много — 10—20, они большие. Вот и пусть едят сами с самого первого дня жизни. Дело матери — повести цыплят к корму, подать им пример, как рыться в земле, что есть, а чем пренебречь. А это можно сделать и одной, петух тут совсем не нужен — пусть резвится на здоровье и вообще как хочет, так пусть и живет.

Она не ревнива, да и где ей: Она неразлучна с ними и бесстрашна в борьбе за их жизнь. Не то что вороне, орлу и то есть чего опасаться, когда она бросается на защиту цыпленка. Технология выкармливания налагает глубокий отпечаток на весь семейный строй вида, на поведение детей и взрослых. Будь пища детей портативна, все было бы. Курица не упустила бы своего супруга: Породил потомство — теперь таскай корм, вместе обзаводились семьей, вместе будем и детей выкармливать.

Так рассуждала бы эта курица, и тут уж сопернице несдобровать — жизнь детей требует, чтобы отец участвовал в их выкармливании наравне с матерью, а не смотрел бы на сторону.

Ирина Васильевна Голицына (Трубецкая) b. ~ d. - Индекс потомака - Родовид

Будь корм детей портативен — она была бы ревнива. Но ревнивая курица уже не курица. Назовите любую птицу, таскающую корм своим птенцам, — это синица, ласточка, пеночка — кто хотите, но только не курица. Это значит, вскрыть причину явления.

Но причина ревности или отсутствия ее лежит в семейном строе, семейный строй зависит от способа выращивания потомства, способ выращивания зависит от портативности корма. Причина каждого признака коренится в другом. И только мы начнем распутывать клубок причин и следствий, как плеяда взаимосвязанных признаков начинает расти, как снежный ком, в оттепель катящийся по склону холма.

Ничтожная причина порождает грандиозные следствия. Казалось бы, не все ли равно, поведет ли мать детей к корму или принесет им корм?

Доставка его детенышам или птенцам рентабельна. Участие отца в выращивании детей — не роскошь, а насущная потребность. Семья носит серьезный и устойчивый характер. Самец и самка внешне неотличимы друг от друга, часто только поведение в брачный период позволяет различить. Вместе они строят гнездо, вместе ухаживают за детьми. Самка нежна, она сама ухаживает за самцом, и он ласков и внимателен к. Ухаживая друг за другом, птицы разыгрывают пьесу заботы о потомстве. Ритуальная постройка гнезда, ритуальное взаимное кормление.

Особенно изощряется самец, доказывая свою приверженность к еще несуществующему потомству. Супруги добры только друг к другу, да и то только когда привыкнут, а прежде дело доходит чуть не до драк. Его отгоняют совместными усилиями.

И опять-таки, повадки кормления детей повинны во. Портативна-то она портативна, эта детская пища, но таскать ее издалека — занятие невеселое, да и не экономично, и каждая семья оптимизирует задачу снабжения потомков и для этого обеспечивает себе охотничью территорию. Уж лучше загодя подраться, чем потом маяться с доставкой. Таков истинный смысл соловьиной песни, что бы ни говорили о ней поэты, как бы сладостно она ни звучала.

Она нежна и ревнива. Самец нуждается в стимуляции со стороны самки, темперамент его не очень бурный, — однако достаточный, чтобы породить одного-двух, самое большее — десять птенцов.

Но самка на него не в обиде. Отцовская заботливость с лихвой компенсирует малое число рожденных. Еще неизвестно, кто окажется в выигрыше — обладатель многочисленных детей, лишенных отцовской заботы, или заботливый папаша, кладущий пищу в раскрытые рты своих скудных по числу отпрысков.

Боев среди самцов за самок. Борьба идет не за партнера, а за охотничью территорию, и в этой борьбе принимают участие и самки. Побежденного не убивают, его изгоняют. Птенцы рождаются беспомощными, голыми, движения их некоординированы. Разинуть клюв во всю Ивановскую — на большее они не способны.

Они совсем не вундеркинды. Но из них вырастут гении. Потому что надо быть гением, чтобы построить и устлать мягкой подстилкой гнездо, заботиться о его чистоте, вывести детей и выкормить их подходящей пищей.

Условно-рефлекторный компонент поведения у взрослых резко преобладает над безусловно-рефлекторным. Они умненькие — те, кто носит корм в гнездо, кто моногамен, хотя не так уж темпераментен. Они умны, сентиментальны и злы — по отношению к представителям своего вида они агрессивны. Таким делает живое существо охрана собственности в условиях избытка претендентов на одно и то же место под солнцем. С этим свойством сопряжен совсем другой комплекс свойств. Участие отца в выращивании детей теряет всякий смысл.

В лучшем случае он защитник, а то и вовсе бесполезный элемент. Чаще всего семьи нет, и самка одна несет все тяготы заботы о потомстве. Если семейные отношения все же у того или иного вида имеются, то брак полигамен.

Боев за охотничью территорию, как и самой охотничьей территории. Бой идет за обладание гаремом. Он не кровопролитен, этот бой. Побежденный в одном бою может стать победителем в схватке с другим самцом. Сегодня отогнал соперника — завтра защитил гарем и детенышей от нападения хищника. Виды, у которых бой был кровопролитный, где сильнейший убивал сильного, давно вытеснены теми, у кого преобладал рыцарский стиль столкновений, и у кого без гаремов оставались действительно слабейшие.

Ухаживание носит односторонний характер. Самец старается привлечь внимание самки. В буквальном смысле слова он распускает перед ней хвост. Он заговаривает ей зубы. Она делает вид, что не слышит и не видит усилий претендента.

Она горда и неприступна. Но она не ревнива. Гнезда или норы у нее. Она сама для своих детей и инкубатор и бруствер. Охраняет она своих детей куда ревнивее, чем мать и отец — моногамы. Те по большей части вдали от гнезда гоняются за этим самым кормом, правда, портативным, но и способным улизнуть. Чересчур ревностная охрана выводка со стороны моногамов нерентабельна.

Моногамы, если потревожить гнездо, могут бросить его и построить новое. Самка полигамного вида так не поступает. Она жертвует ради выводка жизнью. Самец полигамного вида окрашен, украшен, безумен, страдает манией самоуничтожения. Его яркое оперение, крики, повадки делают его удобной мишенью.

Самки одеты в одежды защитного цвета, без толку не кричат, не делают лишних движений. Самцов он бросает в пасть отбору. Они предназначены для того, чтобы на себя отвлечь паразитов, хищников. Если уж кому суждено погибнуть, то пусть это будет самец. И овцы целы, и волки сыты, но только за счет баранов. Итак, самки полигамов горды и неревнивы, самцы темпераментны — десятки потомков в сезон — и драчливы. Они само олицетворение ревности. Ревнивцы-агрессоры оставляли потомство, благородные альтруисты умирали бездетными.

Так-то это так, да не. Доцент кафедры генетики Ленинградского университета Л. Кайданов показал, что наибольшим успехом у кур пользуются самые драчливые петухи, победители в боях, и тихони — те, что не ввязываются в драки, берегут силы и потихоньку ухаживают за самками. Вот уж поистине — горе побежденным! Дети очень развиты уже при рождении. Они вундеркинды, те самые вундеркинды, из которых не вырастает ничего особенно выдающегося.

Безусловно-рефлекторный элемент в поведении полигамов преобладает над условно-рефлекторным. Они не такие уж большие интеллектуалы, эти травоядные паши, но именно их образ жизни порождает стадные инстинкты, ведет их по пути группового объединения и способствует прогрессу. Совместная оборона делает, в конце концов, жертву неуязвимой, и именно жертвы оказываются победителями в жизненном соревновании видов.

Бизоны оказались в этом положении. Грозные хищники несли при них в конце концов лишь санитарную службу. Мы подошли к концу нашего разговора. Вы знаете теперь, почему курица и все самки полигамных видов вместе с нею не ревнивы, — в какой комплекс свойств входит отсутствие ревности, и почему петухи, хотя и не все, ревнивы, и почему петух отличается от курицы по повадкам, строению, окраскам, а самец ласточки так похож на свою подругу.

Почему цыплята, чуть вылупившись из яйца, уже становятся на ноги и могут следовать за матерью, а ласточка так беспомощна — и многое, многое другое. Вот вам и малость — портативность корма детенышей! Будь то птицы или млекопитающие, семейный строй приобретает сходные черты у всех видов, имеющих сходную технологию выкармливания молоди.

Плотоядны или травоядны детеныши, все равно: Мать ведет детей к корму — брак полигамен. У морских котиков котята плотоядны, едят рыбу, как и их папы и мамы, но мать ведет их на охоту, и таких пашей, как котики-секачи, еще поискать.

Но о котиках потом! Можно выделить два типа организации семьи — тип курицы и тип ласточки. В одну категорию с курицей попадут олени, жирафы, бизоны, в одну категорию с ласточкой и синицей — волки и лисы. Они созданы отбором, в данном случае отбором групповым. Каждый признак группы, как бы незначителен он ни был, служит фоном, средой для отбора других признаков, направляет эволюцию по определенному руслу, придает ей закономерный характер.

Стоит появиться одному признаку, как другой, сопряженный с ним, возникает с железной необходимостью. Семейный строй слагается шаг за шагом, и если бы курице нужна была ревность, чтобы повысить надежность оставления потомства, — она бы ревновала. Все сказанное здесь представляет собой грубую схему. В природе есть множество уклонений от обычного порядка вещей. И подчас кажется, что уклонений больше, чем порядка.

Так сказал мне Евгений Панов — вдумчивый исследователь нравов птиц, автор прекрасного очерка о жизни синицы. Но мне кажется, что исключения только подтвердят правило: Так, у тропических птиц: В этих условиях для вида выгоднее пропустить самцов сквозь жестокое горнило отбора, сделать их рыцарями, офицерами, а не официантами в своей семье.

У куликов брак моногамен, а между тем они птицы выводковые, а не птенцовые. Но они гнездятся у воды и корм добывают из воды, а когда дело касается воды, понятие охотничьей территории либо отпадает, либо резко меняется. Водить детей к корму невозможно, пока они не научатся летать, вот и получается, что без помощи отца в воспитании детей не обойтись, и самцам ведется со стороны самок строгий учет, а где нет свободы, там и ревность… Иногда роль наседки берет на себя самец.

Так обстоит дело у страусов и еще у куличка-плавунчика. У этого куличка самцы одеты в скромный наряд, зато оперение самки отливает всеми цветами радуги. Как обстоит у плавунчиков с ревностью, я не знаю. Согласно теории, самки должны быть ревнивы, а самцам же не до ревности! Они в данном случае, как куры. Но что это я, все говорю и говорю, как будто лекцию в университете читаю. Теперь вы спрашивайте, а я буду отвечать. А зачем нам знать, ревнует курица или не ревнует? Ревность — разновидность агрессии.

Беляев поставил перед собой задачу повысить с помощью искусственного отбора плодовитость норки, соболя и серебристой лисицы. Драгоценных этих пушных зверей разводят сейчас в зверосовхозах. Дело не двигалось с мертвой точки, пока не была создана теория связи воспроизводительной способности с агрессией. Тогда выяснилось, что наименее агрессивные лисы дают наибольшее количество потомков.

У соболя дело обстоит как раз наоборот — чем злее, тем плодовитей. У норки связи между агрессивностью и плодовитостью не оказалось. А далее стало понятным, с какими свойствами вида связаны темперамент и плодовитость животных.

ЧТО и КАК ГОВОРИТЬ при знакомстве: МЕХАНИКА ОБЩЕНИЯ

И тут решающим оказался способ добывания пищи и ее характер. И теперь уже можно предсказывать, какой метод селекции окажется эффективным у того или иного вида: Добрых, конечно, в этом случае как-то особенно жалко, когда подумаешь, что разводят их ради шкурки.

Но вот я опять начинаю думать о жизни и смерти, а надлежит мне думать сейчас о курице и ее эмоциях. Так вот, курицы — это только модель! Есть индийская теория или живая легенда о происхождении живых существ на нашей планете. Все сущее произошло от человека. Разные свойства человека стали достоянием разных видов животных и растений. Человечество совмещает в себе все — ревнивых и неревнивых людей, тех, у которых сердце берет верх над разумом, и таких, для которых свет мысли превыше.

Есть моногамы и менее верные друг другу супруги, чем ласточки или воробьи. У разных народов — разный семейный строй. Полигамия, моногамия, полиандрия многомужествогрупповой брак — чего только нет у странного этого вида, каким является человек. Понять это разнообразие. Эволюция человечества, как ясно показал Энгельс, идет в сторону моногамии, в сторону усиления индивидуальной любви. Достопримечательнее всего, что об индивидуальной любви повествует Шехерезада. Разнообразие семейного строя коренится в предыстории человечества.

Человек всеяден, он носит корм своим детенышам, а потом тех же детенышей возьмет за ручку и поведет в лес за ягодами и грибами или на рыбную ловлю.

Из цепей питания он вырвался — его никто не ест. Технология добывания пищи стала бесконечно разнообразной. И животные черты, связанные со строгим положением в цепях питания и единообразием способа питания, у него стерлись. Сперва возникло разнообразие семейного строя, затем наиболее распространенным стал моногамный брак. И все же есть среди людей представители преимущественно полигамного и преимущественно моногамного типа.

И при вступлении в брак — будь он идеально моногамен — так важно, чтобы нежные и умные ласточки и достойные, чистые, неревнивые куры, чадолюбивые соловьи и галантные петухи-фазаны выбрали себе партнеров одного с ними типа. Скольких драм можно было бы избежать! Чем кошка отличается от собаки? Этот вопрос исходил, наверно, от каких-либо очень серьезных людей — логиков, кибернетиков — и поставлен был, надо думать, с серьезной целью: Широкие массы сделали из него забаву.

Спрашивающий подразумевал, что дать на вопрос однозначный ответ невозможно. Ни одного признака, при всех обстоятельствах отличающего кошку от собаки и неотъемлемого от обоих животных, нет и быть не. Требовалось, чтобы отвечающий методом проб и ошибок сам убедился в. Спрашивает этакий кибернетический юнец у своей мамы: Мама от отдельных животных переходит к их множествам: Еще Дарвин обращал внимание на малое число пород кошек по сравнению с превеликим межпородным разнообразием собак.

Он усматривал причину различия в трудности поставить под контроль человека кошачьи браки — в отличие от браков собачьих.

А подбор пар — основа выведения пород. Но сын этой мамы не зря кибернетик. Отличить кошку от собаки ей не дано. Известному писателю и драматургу Евгению Львовичу Шварцу этот вопрос был задан в очень деликатной форме. Есть ли в действительности отличие — одно-единственное, первопричина всех остальных, тот аргумент, по отношению к которому все остальное выступает как функция, как производное?

В поисках решения этой задачи мы будем рассматривать собаку как представителя определенного типа. И точно так же будем рассматривать кошку — как представителя другого типа. Под типом мы подразумеваем множество, и всем представителям его присущ комплекс свойств. Эти свойства закономерно сочетаются друг с другом, компенсируют друг друга и порознь не существуют. Кибернетический юнец назвал бы эти свойства комплементарными. Великим мастером очерчивать круг таких взаимозависимых признаков был в прошлом веке Жорж Кювье.

Таков приблизительно был девиз этого реставратора ископаемых чудовищ. Мог бы он указать на фундаментальное различие собаки и кошки? Попытаемся реставрировать возможный ответ реставратора. Исходя из двух своих великих принципов — принципа корреляций соответствий и принципа условий существования, не потерявших своего значения и поныне, Кювье ответил бы: Технология добычи пищи — аргумент, все остальное — функция. Действительно, характер пищи и способ ловли — цель и способ ее достижения — налагает отпечаток на весь жизненный строй вида, на облик каждого представителя вида, предопределяет черты его характера, его взаимоотношения с животными своего вида и других видов.

Выключение любой сигнализации — залог успеха. Жертва не должна видеть, слышать, обонять притаившегося убийцу. Внезапность нападения — главный стратегический козырь кошки. Прицел и нападение ведется с короткой дистанции. Прыжок должен быть сильным и верным. Расцветка шкуры всех кошачьих имитирует игру света и тени. Для зорких глаз кошки и в тени света достаточно. А на свету света слишком много, и кошка щурится.

Кошка лишена запаха, движения ее беззвучны. Пахнущая кошка, кошка, стучащая когтями, умерла бы с голоду. Запах для нее — непозволительная роскошь. Целый ритуал умывания, строжайшая чистоплотность избавляют кошку от голодной смерти. Совершая свои отправления, кошка действует тщательно и аккуратно. Ритуал совершается чисто формально, можно сказать — бюрократически. Но и кошка действует не из врожденной стыдливости. Она преследует свои, чисто корыстные цели.

Охотничья территория не должна выдавать присутствия зверя. Своей охотничьей территорией кошка владеет единолично. Она — кошка, которая ходит сама по. Но те самые свойства, которые нужны кошке, чтобы усыпить бдительность жертвы, открывают ей доступ в покои хозяев. Кошка лежит на постели хозяина, потому что она подстерегающий хищник. Собака — преследующий хищник. Собаки объединяются в стаи для совместной охоты. Общительность их нрава, привязчивость коренятся в совместной охоте. Кошка привязана главным образом к охотничьей территории, к дому, а собака — к самому человеку.

Затаиваться, чтобы быть сытой, собаке в ее исконном состоянии не приходилось. Чистоплотность собаки весьма относительна. Ошибался поэт, у которого бесенок говорит: Тот, кто лижет шерсть, не пахнет ничем, иначе зачем бы он стал стараться?

Собака лает — ветер носит. Кошка — за вычетом кошачьих концертов — слова на ветер не бросит. Истошные крики мартовских котов — приглашение к бою, пережиток старины, реликт заявки на охотничью территорию. Звучат они тогда, когда не до еды. Пропади они пропадом, все мыши и крысы всего мира. Самая последняя ставка — жизнь.

Собака поддается влиянию человека. Кошка всегда остается сама. В человеческих распрях она не участник. Хорошо, говорите вы, мой читатель, мой воображаемый собеседник, там у вас проскользнула — в вопросе, обращенном к Евгению Шварцу, — такая мысль, что собака не меньше принесла человечеству пользы, чем кошка. Собака ведь сторож, пастух, охотник. Именно из-за необходимости общаться с себе подобными в процессе добывания пищи собака легко входит в контакт с человеком, и человек возлагает на нее множество обязанностей.

А кошка ловит мышей — только и. Да, вы правы, роль собаки в жизни человека очень велика. Вы забыли еще упомянуть ездовых собак.

  • Артамон Сергеевич Матвеев b. 1625 d. 15 мај 1682 - Индекс потомака
  • Карташев А.В. Очерки по истории Русской Церкви. Том 2
  • Shahovskaya.org общение без цензуры знакомства

Знаменитый исследователь Камчатки Крашенинников описывает, как в его время на Камчатке зимой лошадей на собаках возили. Кошка же ловит мышей.

Р. Л. Берг. Почему курица не ревнует?

Но, ловя их и не возлагая на себя больше никаких обязанностей, кошка сыграла в жизни человечества великую роль, намного превосходящую все вместе взятое, сделанное для человека собакой. Без кошки человечество никогда не достигло бы высокой численности. Есть виды растений и виды животных, занимающие особое место в человеческой истории.

В той роли, которую они играют в жизни человека, они не заменимы никаким другим видом животного и растения. К таким видам относится кошка. Чем была бы Греция без оливкового дерева? Можно с уверенностью сказать, что прекрасные амфоры предназначались главным образом для хранения оливкового масла — калорийного, хранимого, портативного продукта. В полумраке трюмов греческих судов я вижу сдвоенные ряды сосудов.

Остроконечные днища каждого ряда входят в промежутки между остроконечными днищами другого ряда, не оставляя ни малейшего просвета. Ни виноградники, ни отары овец не были для Греции тем, чем были масличные рощи.

Лишь рыболовство, добыча даров моря может сравниться в экономике Древней Греции с добычей оливкового масла. Не только расцвет культур связан с каким-либо животным или растением. Разрушение цивилизаций зависело чаще всего от военной мощи пришельцев, а в иных случаях эта мощь создавалась не без участия животных. Для древних монголов и арабов, повинных в разрушении огромного количества культурных ценностей, таким животным была лошадь.

Лошадь — это средство передвижения и источник питания, корабль, способный питаться и воспроизводить себя в пути, поставлять еду и материал для изготовления обуви и для строительства жилищ, питье и материал для изготовления тех сосудов, в которых оно будет храниться. Лошадь — это корабль, на котором можно ездить и из которого изготовляются седла и снасти, необходимые, чтобы ездить было удобней.

Бурдюк, изготовленный из лошадиной шкуры, монголы наполняли кобыльим молоком, и оно превращалось в великолепный слегка пьянящий напиток — кумыс. Осуществляя нашествие на Русь, монголы переправляли скарб, женщин и детей на плотах, положенных на бурдюки, надутые воздухом. Плоты тянули вплавь лошади. Нагайки, которыми подгоняли лошадей, были сделаны из их же кожи. Вот уже поистине как в средневековой армянской басне: Но вернемся от этих печальных мыслей к той благородной роли, которую играли растения и животные в человеческой истории.

Чем был бы Древний Египет времен своего расцвета без возделываемых растений и зернохранилищ? Тут мы дошли до кошки. Когда зерно собрано, найдется немало претендентов питаться им помимо человека. В конкуренцию за обладание богатейшим скоплением пищи вступают мыши. Они размножаются в гигантских количествах. Возрастание их численности не связано теперь с периодичностью урожая. Человек снабжает их круглый год. Хорошо бы заставить работать этого снабженца на себя и одновременно сдерживать его численность, не давая ему размножаться в нежелательных пределах.

Так рассуждали бы мыши, доводись им рассуждать. Мыши, не рассуждая, начали со своим благодетелем и конкурентом бактериальную войну. Иммунные по отношению к чуме, способные культивировать в своей крови возбудителя болезни, не заболевая, мыши вместе с блохами чуть было не сделались регуляторами численности человека. На стороне человека выступила кошка. Можно сказать, что египетская культура покоится на разливах Нила, на зернохранилищах и кошках. Египтяне сделали кошку священным животным. Мумию ее клали рядом с мумией фараона в его усыпальницу.

Считалось, что и в загробной жизни без кошки не обойтись. Кроме кошки, мышей уничтожали совы, змеи, и им египтяне воздавали почести, но мумий змей и сов не делали.

Кошка и тут сумела себя поставить. Кошки — потомки дикого египетского кота — были завезены затем в южную Европу. В северной Европе была приручена дикая европейская кошка. Затем домашние кошки слились в единый вид, и только наличие короткохвостых, коротколапых красавцев с маленькими ушами, ведущими свое начало от европейской кошки, наряду с длиннохвостыми, лопоухими, длинноногими потомками египетского кота указывает на происхождение домашней кошки от разных видов.

Но мой читатель не дремлет. Ехидный вопрос к автору у него на устах. Почему египтяне причисляли к лику священных животных крокодила, заботились о его бессмертии наравне с бессмертием фараона, и в усыпальницы клали мумии крокодилов? Я имею на этот счет мнение, хотя и боюсь, что его не разделят специалисты-историки. Крокодилы делали то же, что и кошки.

Только уничтожали они не мышей, а несли санитарную службу, уничтожая в первую очередь умерших людей и препятствуя распространению инфекций. Те поселения, которые истребляли крокодилов или основывались вдали от их лежбищ, оказались в худшем положении перед лицом инфекций, чем те, у кого крокодилы были на вооружении как гигиеническое средство.

На мой взгляд, таковы объективные причины обожествления крокодила и кошки. Субъективные причины могли быть совсем иными. Как бы то ни было, мумии фараона приходилось делиться маслом плодов ливанского кедра не только с кошкой, но и с крокодилом. Мирное сосуществование человека, кошки и крокодила в загробном царстве, которое, очевидно, предполагалось блюстителями традиций, остается для меня непонятным.

Будь я фараоном, верь я в загробную жизнь, протест против соседства в усыпальнице с крокодилом был бы заявлен заблаговременно. И еще одно отличие собаки от кошки. Все, что делает собака, может делать и сам человек. Истреблять мышей без помощи кошки он не. Мыши вырабатывают в процессе смены поколений, в результате выживания наиболее устойчивых, невосприимчивость к ядам, которыми их травят.

Равным образом среди них сохраняются те, кто способен не попадаться в мышеловку.